31 May 2013

‘Me and the Old Lady’ / «Я и старая дама»


Russian School at Norwich University, 1987



‘Me and the Old Lady’ (Norwich, 1987-1997)


Ground down by social security, senility, neurosis,
wearing a greasy, ‘dusty rose’ parka
and a backpack stuffed with filthy clobber,
in the midday heat this lady walks by my window.
So deep in thought, the heat to her’s no burden.

Ten years of summers, June to August,
after morning lectures, at mid-day precisely
I would observe this flower of Creation.
If I were Zoshchenko, Shvarts, or Olesha,
I might discern in this pedestrian equestrian,
in this angel dusted with grey perspiration,
a mellifluous oracle uttering ‘Poverty is Freedom’.

Except where are those writers? Where that oracle?
Where that reading of omens? Where the hide and
hair of faith? All gone. The writers quietly departed.
And along with them went religion, psychoanalysis,
symbolism—and the Summer School at Norwich.
All that’s left is a scene etched in my memory
like an indictment: ‘Me and the Old Lady’.

Around this scene is the white border of someone
else’s window, one that’s dropped into oblivion.

And, as yet, no different scene can be discerned.

6 January 1998

(Translation © G.S. Smith)


«Я и старая дама» (Норвич, 1987-1997)


Жертва козней собеса, маразма, невроза,
в сальном ватнике цвета «пыльная роза»,
с рюкзаком за спиной, полным грязного хлама,
в знойный полдень проходит под окном моим дама.
Так задумчиво, что и жара ей не в тягость.

Десять лет (т.е. лет — с июня по август)
после утренних лекций под окном ровно в полдень
наблюдал я цветочек этот Господень.
Будь я Зощенкой, Шварцем или Олешей,
я б сумел прочитать в этой всаднице пешей,
в этом ангеле, бледном от серого пота,
сладкозвучный оракул: «Нищета есть свобода».

Только где те писатели? где тот оракул?
где то чтение знаков? где тот кот, что наплакал
веры? Нету. Писатели тихо скончались.
Вместе с ними религия, психоанализ,
Лишь осталась картина, на манер протокола —
занесенная в память: «Я и старая дама».

Обрамляет картину белая рама
от упавшего в прошлое чужого окна.

И другая картина пока не видна.

6 января 1998






17 May 2013

As I Said Review in Today's TLS

Click image to read. TLS subscribers may read here: http://bit.ly/11K3DhQ


06 May 2013

Out of Bunin / Из Бунина


Nina Loseff / Нина Лосева, 1959  Photo: Lev Loseff / Фото: Лев Лосев


Out of Bunin


For Nina

The rooks fly in and then fly out again;
this cast-iron cross, though, has to stand on guard,
presenting to this sombre plot of ground
the wan light of its passport photograph.

Each little sigh becomes a little sin.
The night’s the same for all when it sets in.
A great big starry paw stroking the earth
of this graveyard, an earth that has no breath.

23-24 March 2002, Oxford, Ohio

(Translation © G.S. Smith)


Из Бунина


Нине

Прилетят грачи, улетят грачи,
ну а крест чугунный торчи, торчи,
предъявляй сей местности пасмурной
тихий свет фотографии паспортной.

Каждый легкий вздох — это легкий грех.
Наступает ночь — одна на всех.
Гладит мягкая звездная лапища
бездыханную землю кладбища.

23-24 марта 2002, Oxford, Ohio